Вот несколько примеров. Дисфункции половой сферы не позволяют состоятся сексуальной жизни. Кожные заболевания как бы говорят «не трогай меня», ведь кожа - орган, обеспечивающий контакт. Храп одного из супругов вынуждает второго «отселиться», что даёт первому больше пространства как физического, так и психического. А ещё заболевание может запереть человека в четырёх стенах или поставить на паузу какую-то часть его жизни. Эти процессы бессознательны, но в их основе не случайность.

Все выше названные примеры создают пространство между людьми. Недуг выполняет функцию удержания на расстоянии другого человека. В том числе за счёт усиления симптомов при контакте. Хорошая аналогия - контактный дерматит, возникающий при соприкосновении с аллергеном. Когда такое происходит в отношениях, это может обозначать, что контакт бессознательно воспринимается как небезопасный, чрезмерный, невыносимый. И тело становится границей, в чем ему помогает болезнь и симптомы. Образуется желанная дистанция, которую болезнь не даёт преодолеть. Это хорошо видно в отношениях матери и младенца. Если что-то идет не так, у родителя не получается адаптироваться к ребенку, ребенок может начать защищаться. Реагировать будет кожа как единственный способ общения, доступный в раннем младенчестве. Сыпь, опрелости и другие неприятности не всегда стоит рассматривать как физиологическую проблему, так как ответы могут лежать в области отношений матери и ребенка. И эти же ранние отношения переносятся на последующую жизнь, когда уже взрослый человек страдает от психосоматических проблем с кожей.

Человек страдает от ограничений, которые накладывает на него больное тело. Хотя у симптомов есть и вторичная выгода, и польза - нужно только это увидеть. Например, симптомы регулируют близость и дистанцию в отношениях. Матиас Хирш пишет о своей пациентке с проблемами позвоночника, которая заняла должность водителя. Он волновался, как это отразится на её здоровье. Однако пациентка стала чувствовать себя лучше и счастливее, хотя по логике её симптомы должны были усугубиться из-за сидячей работы. И только в выходные, которые женщина проводила с партнёром, её состояние ухудшалось. Симптомы усиливались в личных отношениях, хотя отношения никак не нагружали позвоночник физически. Зато у женщины в связи с ними было чувство, будто на неё свалили неподъемный груз. Так психическое становится телесным.

Телесные недуги могут также быть мостиком между человеком и значимым объектом, обеспечивая связь. Другая пациентка Хирша страдала от астмы, которая началась у неё после смерти первого ребенка. Астма отступила только с рождением второго сына. В этом случае необходимо работать не только с травмой потери, а также возвращаться в собственный опыт ранних отношений пациентки, чтобы она могла найти в себе опоры и в будущем отпустить второго ребенка, дать ему необходимую дистанцию. В этом примере мы видим также процесс идентификации, он позволяет сохранить связь со значимым объектом через бессознательное отождествление себя с другим. Идентификации бывают не только полезными, которые служат развитию и росту личности, но и вредоносными. Например, алкоголизация или идентификация через аналогичное заболевание, когда все женщины семьи болеют раком.

Осознание этих процессов, их понимание, обнаружение и «переучивание» психики работать по-другому, не используя своё тело, помогают убрать симптомы и не «уходить» в болезнь.